fbpx Проверка заявлений обвиняемых в убийстве Немцова о пытках не проводится | Комитет против пыток

Проверка заявлений обвиняемых в убийстве Немцова о пытках не проводится

Событие | Пресс центр

31 марта 2015

Юристы московского отделения Комитета против пыток, за помощью к которым обратились фигуранты дела об убийстве Бориса Немцова Тамерлан Эскерханов и Заур Дадаев, вынуждены констатировать, что Следственный комитет России до сих пор не осуществил никаких эффективных действий по проверке жалоб подозреваемых на незаконное физическое воздействие со стороны сотрудников правоохранительных органов. Более того, следователь Краснов продолжает чинить препятствия адвокату Губину, который две недели не может попасть к своему доверителю Дадаеву в следственный изолятор «Лефортово». Все это, по мнению правозащитников, искусственно создает напряженность вокруг дела, порождающую ненужные слухи, а также стремительно сводит возможность установления истины к нулю.

(Тамерлан Эскерханов, фото: AFP, Заур Дадаев, фото: Reuters)

В московское отделение межрегиональной общественной организации «Комитет против пыток» за юридической помощью официально обратились фигуранты дела об убийстве Бориса Немцова Тамерлан Эскерханов и Заур Дадаев, которые пожаловались на противозаконные методы воздействия в отношении них. В частности, Эскерханов сообщил правозащитникам, что над ним издевались люди в черной форме без опознавательных знаков, которые доставляли его из ИВС в Басманный районный суд Москвы: фотографировали его раздетым, поджигали бороду и лицо, при перемещении по суду наносили удары по затылку, пояснице, в область почек. Дадаев, в свою очередь, сообщил членам Общественной наблюдательной комиссии Москвы, что он был похищен неизвестными силовиками 5 марта, его в течение двух дней не кормили, удерживали в подвале, приковав наручниками к батарее, пытали током, требуя признаться в убийстве Немцова.

Однако начав общественное расследование, правозащитники моментально столкнулись с трудностями и фактическим нежеланием официального следствия проводить проверку по заявлению двух подозреваемых в убийстве Бориса Немцова на пытки со стороны сотрудников правоохранительных органов.

Так, еще 13 марта 2015 года руководитель Главного следственного управления Следственного комитета РФ Александр Щукин сообщил Советнику Президента России Михаилу Федотову, что «доводы о незаконном применении силы в отношении Дадаева З.Ш., Губашева А.Ш. и Губашева Ш.Ш. и других лиц будут проверены в установленном законом порядке и им будет дана надлежащая правовая оценка». Однако до сих пор Дадаев следователями по этому поводу даже не опрошен.

Также отметим, что старший следователь по особо важным делам при Председателе СК РФ Игорь Краснов продолжает чинить административные препятствия адвокату Евгению Губину, привлеченному Комитетом против пыток, который уже в течение двух недель не может попасть к своему доверителю Зауру Дадаеву в «Лефортово». Хотя закон гарантирует каждому право на юридическую помощь и не предусматривает получения разрешения следователя на встречу адвоката с подследственным.

«На сегодняшний день мы не можем ни подтвердить, ни опровергнуть сведений о незаконном применении насилия со стороны правоохранителей, о котором неоднократно заявляли Тамерлан Эскерханов и Заур Дадаев. Для того чтобы составить действительную картину произошедшего с Дадаевым, необходимо, прежде всего, провести судебно-медицинскую экспертизу на наличие у него электротравм. Поскольку Следственный комитет так и не озаботился своевременным ее назначением, ее можно осуществить только по ходатайству адвоката Евгения Губина, который, в свою очередь, не может даже увидеть своего доверителя. Жалобы и обращения, поданные Губиным 20 марта в Следственный комитет, до сих пор не рассмотрены. В случае с Эскерхановым также необходимо получить заключение экспертов о состоянии его здоровья, – подчеркивает юрист Комитета против пыток Дмитрий Пискунов. – По непонятной для нас причине официальное следствие заняло странную позицию: и само не проводит проверку сообщений о пытках, и мешает это сделать правозащитникам, сводя шансы на установление истины к нулю и, по сути, нарушая права заявителей на эффективное расследование».