fbpx ЕСПЧ коммуницировал жалобу отца и сына о пытках и фальсификации уголовного дела | Комитет против пыток

ЕСПЧ коммуницировал жалобу отца и сына о пытках и фальсификации уголовного дела

Событие | Пресс центр

29 мая 2020
Мурад и Фируддин Рагимовы

Европейский суд по правам человека задал российским властям вопросы по жалобе Мурада и Фируддина Рагимовых, которые обвиняют правоохранителей в жестоких пытках и подбросе наркотиков. Теперь Российской Федерации придется сформулировать суду свою позицию по поводу доводов о пытках обоих граждан и неэффективном расследовании этого инцидента, а также о нарушении права на справедливый суд и права на свободу и личную неприкосновенность Мурада.

Напомним, в сентябре 2016 года к правозащитникам за юридической помощью обратилась Гюнай Рагимова, которая рассказала о том, что 30 августа 2016 года сотрудники МВД РФ избили ее 22-летнего брата Мурада и их 59-летнего отца Фируддина (впоследствии они тоже обратились в Комитет против пыток) прямо в их московской квартире.

Члены семьи Рагимовых рассказали, что рано утром в их квартиру ворвались не менее двадцати сотрудников СОБР в бронежилетах и масках, один из который сразу нанес Мураду удар кулаком в лицо. Впоследствии оказалось, что среди непрошеных гостей было несколько полицейских из центра по противодействию экстремизму, а также сотрудник ФСБ.

Очевидцы рассказывают, что Мурада избивали более трех часов: надели на него наручники, били руками и ногами, применяли электрошокер, сломали обеденный стол и били его ножкой Мурада, разбили о его голову хрустальную конфетницу.

По словам родственников, на их глазах Мурада несколько раз душили пакетом, а когда он терял сознание, приводили в чувство электрошокерами. При этом сотрудники требовали от него признаться то в хранении оружия, то в хранении наркотиков, то в убийстве, а когда Мурад отвечал, что не имеет ко всему этому никакого отношения, возобновляли пытки.

«Мурад просил провести ему исследование с использованием полиграфа, чтобы доказать, что он говорит правду, на что сотрудники ему отвечали: «Вот полиграф», указывая при этом на электрошокер. Когда брат терял сознание, его обливали водой», – вспоминает Гюнай Рагимова.

Как утверждают очевидцы, все закончилось лишь тогда, когда один из полицейских прямо на их глазах подложил Мураду в карман брюк и в сумку наркотики, а когда тот, несмотря на пытки, все же отказался подписывать протокол такого обыска, СОБРовец воткнул ему в ступню нож.

Члены семьи Рагимовых также утверждают, что в соседней комнате в это время пытали отца Мурада Фируддина: били руками и электрошокерами.

«При этом сотрудники вели себя очень цинично: например, достали мороженое из нашего холодильника и демонстративно ели его, пока их коллеги продолжали избивать моего сына; они постоянно оскорбляли нашу семью и всех ее членов по отдельности, – говорит Фируддин. – Когда Мурад второй раз потерял сознание от того, что ему надели пакет на голову, я рванулся к нему, но тот же сотрудник, что меня избивал, приставил к моему лбу дуло автомата и сказал: «Если будешь дергаться, весь магазин через твою голову пропущу».

В отличие от Мурада, Фируддину потом не предъявили никаких обвинений. Мураду же вменили хранение тех самых наркотиков, которые обнаружили у него в сумке и в кармане брюк.

18 января 2018 года Тушинский районный суд Москвы признал Мурада Рагимова виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ («Незаконное хранение наркотических средств в крупном размере»), и приговорил его к трем годам и шести месяцам лишения свободы в колонии общего режима. Впоследствии апелляционная инстанция оставила приговор в силе. Мурад отбыл весь срок наказания в колонии, в условно-досрочном освобождении ему было отказано. В феврале 2020 года он вышел на свободу.

Юристы Комитета против пыток уже четвертый год пытаются добиться от Следственного комитета добросовестного расследования сообщения Рагимовых о пытках и нарушениях, допущенных в ходе обыска. Следователи уже восемнадцать раз отказали в возбуждении уголовного дела и семнадцать из этих отказов впоследствии были признаны незаконными и отменены.

В связи с очевидным нежеланием следственных органов расследовать этот инцидент, 15 ноября 2018 года юристы Комитета против пыток направили жалобу в интересах Мурада и Фируддина Рагимовых в Европейский суд по правам человека.

Сегодня ЕСПЧ уведомил правозащитников о коммуникации этой жалобы.

Европейский суд задал российским властям следующие вопросы:

– подвергались ли заявители пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению,
– предоставили ли власти правдоподобное и убедительное объяснение того, как заявители получили телесные повреждения,
– было ли применение физической силы строго необходимым,
– планировалась ли операция по задержанию заранее,
– провели ли власти эффективное расследование жалоб на пытки,
– было ли задержание Мурада и помещение его под стражу правомерными,
– было ли судебное разбирательство в отношении Мурада справедливым, учитывая его утверждение, что приговор был вынесен на основе сфальсифицированных доказательств,
– соблюдалась ли презумпция невиновности Мурада, учитывая то, что судья до вынесения приговора указал в одном из своих решений, что заявитель «содержится под стражей за совершение преступления, предусмотренного пунктом 2 статьи 228 Уголовного кодекса».

«Мы очень надеемся, что хотя бы сейчас российские следственные органы, наконец, как-то зашевелятся и возбудят уголовное дело о пытках, хотя сделать это надо было уже давно, – говорит юрист Комитета против пыток Анастасия Гарина. – Далеко не по каждой жалобе на пытки найдется столько доказательств вины правоохранителей, как в этом случае. На мой взгляд, нет никаких сомнений в том, что жестокие и абсолютно бессмысленные пытки имели место. Однако следствие почему-то четвертый год упорно игнорирует все доказательства и из года в год штампует один и тот же вывод, мол, версия заявителей – это попытка родственников защитить Мурада от справедливого уголовного преследования. От чего им его теперь-то защищать, когда он уже отсидел по этому «справедливому преследованию» от «звонка до звонка»? Впоследствии каждое решение следователя, основанное на таком выводе, конечно, отменяется и все начинается по новой. Надеюсь, коммуникация жалобы поможет нам, наконец, вырваться из этого заколдованного круга».