fbpx Экс-подозреваемым в убийстве принесли извинения, но дело о пытках по-прежнему не возбуждено | Комитет против пыток

Экс-подозреваемым в убийстве принесли извинения, но дело о пытках по-прежнему не возбуждено

Событие | Пресс центр

07 мая 2019
Мушфиг Шыхалиев и Рамин Шахмаров

Представители Генеральной прокуратуры принесли официальные извинения Мушфигу Шыхалиеву и Рамину Шахмарову, которых следователи необоснованно подозревали в убийстве оренбургского предпринимателя и его малолетнего сына. По словам экс-подозреваемых, в январе прошлого года их пытали, «выбивая явку с повинной» в совершении этого преступления, и Шыхалиеву даже пришлось в этом признаться. Спустя год после жалобы на пытки уголовное дело так и не возбуждено.  
 
Напомним, 1 июня 2018 года в оренбургское отделение Комитета против пыток за юридической помощью обратились жители города Абдулино Мушфиг Шыхалиев и Рамин Шахмаров. Мужчины сообщили, что 7 марта 2018 года их поодиночке задержали сотрудники полиции и без объяснения причин доставили в Оренбург в здание УМВД России по Оренбургской области, расположенное по адресу: улица Дубицкого, 2.

Рамин Шахмаров рассказал, что издеваться над ним стали еще в автомобиле, на котором его везли в Оренбург. Так, скованные за спиной в наручники руки Рамина разместили на спинке заднего сиденья — в таком положении он находился всю дорогу в течение более трех часов. По словам Рамина, его многократно оскорбляли по национальному признаку.

Как пояснил Шахмаров, в здании регионального управления МВД его почти сразу стали избивать, при этом предлагая сознаться в совершении преступления. О каком преступлении идет речь, он не знал. Также ему показывали наручники и спрашивали, узнает ли он их или нет.

— Через какое-то время полицейские сказали мне, что я убил мужчину и его малолетнего сына, и предложили мне добровольно сознаться в этом. Я ответил отказом, после чего избиение продолжилось, — вспоминает Шахмаров.

По словам Рамина, ему несколько раз закрывали целлофановым пакетом нос и рот, перекрывая доступ воздуха. В какой-то момент он потерял сознание и, когда очнулся, увидел вокруг себя пятерых сотрудников с испуганным видом.

— После того, как я пришел в себя, я сел на пол. Однако полицейские прижали меня к полу и стали упираться коленями в мою спину и шею, требуя сознаться в убийстве. В этот момент у меня пошла ртом кровь. Через некоторое время меня прекратили избивать. Хотя я так ничего и не подписал, — говорит Рамин.

Мушфига Шыхалиева также доставили в здание на Дубицкого. Там, по словам мужчины, его начали избивать, нанося удары по голове, спине, животу.

— Потом мне показали фотографии с трупами мужчины и ребенка и сказали, что мой знакомый и двоюродный брат дали показания, что это сделал я, — вспоминает Шыхалиев. — Я попытался объяснить, что у меня есть алиби и я в тот день был в Башкирии, занимался закупкой мяса, что легко доказать по документам. Но мне ответили, что никто ничего проверять не будет и мне лучше во всем сознаться.

По словам Мушфига, один из правоохранителей несколько раз подолгу давил ему ногой на половые органы, требуя сознаться в совершении преступления. Позднее его били электрошокером по ногам.

— Когда я просил сводить меня в туалет, сотрудник, который до этого мне наступал на половые органы и нанес ногой удар в область головы, сказал, что если они меня и поведут в туалет, то только для того, чтобы окунуть головой в унитаз, — рассказывает Мушфиг Шыхалиев.

Вечером 8 марта обоих мужчин поместили в ИВС Оренбурга, а 10 марта суд отправил Рамина Шахмарова и Мушфига Шыхалиева, как подозреваемых в совершении двойного убийства, на два месяца под стражу в СИЗО № 1. Находясь в СИЗО, Мушфиг Шыхалиев написал явку с повинной. С его слов, написал он её после того, как один из сотрудников администрации намекнул ему, что его могут изнасиловать, если он будет упорствовать.

Однако сотрудники Следственного комитета, проверив алиби Шыхалиева и Шахмарова, 17 марта отменили им меру пресечения. Выйдя из СИЗО, оба мужчины обратились за медицинской помощью. Кроме того, приехав домой, мужчины узнали, что у них дома неоднократно в присутствии их жен и их детей проводились обыски, в ходе которых были изъяты и до сих пор не возвращены предметы одежды.

9 мая Мушфиг и Рамин узнали о том, что оговоривший их третий арестованный по этому делу мужчина также был отпущен из СИЗО. По словам этого человека, ему пришлось оговорить Шыхалиева и Шахмарова, поскольку его самого тоже пытали и обещали, что он пойдет по делу в качестве свидетеля. От обращения в Комитет против пыток этот человек отказался.

6 июня правозащитники обратились в Следственный комитет в интересах Шахмарова и Шыхалиева с сообщением о преступлении. 29 июня было возбуждено уголовное дело по факту превышения должностных полномочий, однако уже 2 июля это решение было отменено прокуратурой.

С 3 июля проверкой жалобы на пытки занялись следователи Третьего следственного управления Главного следственного управления СК РФ с дислокацией в Нижнем Новгороде.

К настоящему времени следователи вынесли уже три постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, последнее из которых датировано 2 ноября 2018 года.

«Следователь Анатолий Андреев, руководствуясь объяснениями полицейских, пришел к выводу о том, что Шахмарова и Шыхалиева в отделе полиции не только не пытали, но и те сутки, что они находились в отделе без какого-либо процессуального оформления, было их добровольным решением, – говорит юрист Комитета против пыток Альбина Мударисова. – Факт того, что двое из троих арестованных сначала якобы добровольно признались в совершении тяжкого преступления, а потом оказалось, что они невиновны и у них есть алиби, следователя Андреева нисколько не смутил».

Длительное время с Шахмарова и Шыхалиева не снимали подозрения, однако на прошлой неделе им пришло письмо из Генеральной прокуратуры России, в котором перед ними от имени государства официально извинились «в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности (подозрением в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а, в, ж» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации)», а также разъяснили порядок реабилитации.

«Мы, конечно, будем добиваться компенсации вреда, причиненного нашим заявителям необоснованным привлечением к уголовной ответственности, а также возбуждения уголовного дела по их сообщениям о пытках», – подчеркнула Мударисова.