fbpx Правозащитники установили законность действий полицейских в отношении юноши с психическим расстройством | Комитет против пыток

Правозащитники установили законность действий полицейских в отношении юноши с психическим расстройством

Событие | Пресс центр

15 февраля 2019
Павел и Татьяна Васильевы

Юристы Комитета против пыток, проведя общественное расследование по факту задержания москвича Павла Васильева в июне прошлого года, пришли к выводу, что сотрудники московской полиции действовали в рамках закона и обоснованно применили к нему силу и спецсредства – наручники.

Напомним, в Комитет против пыток за юридической помощью обратилась семья Васильевых. Татьяна и ее сын Павел рассказали, как 27 мая 2018 года Павла задержали на улице сотрудники полиции и удерживали более трех часов в наручниках в отделе, после чего его передали бригаде психиатрической помощи.

Татьяна Васильева так описала этот инцидент на своей странице в Facebook: «В воскресенье 27 мая мой сын инвалид детства -аутист был задержан сотрудниками полиции отдела ОМВД Метрогородок г. Москвы на улице во время его прогулки на велосипеде. Причиной его задержания стали его громкие крики на улице. Сыну скрутили руки за спиной, затолкали в машину и привезли в отделение. Дежурный сотрудник Апокин Евгений Викторович Там его держали около 3 х часов в наручниках за решеткой».

Павлу Васильеву 22 года, и с детства он имеет расстройство психики, вследствие чего ему установлена инвалидность. По словам его матери Татьяны Васильевой, Павел в связи с расстройством не всегда может адекватно оценивать и реагировать на какие-то ситуации. По разным причинам он может начать громко кричать, выражая свои эмоции.

Воскресным днем 27 мая 2018 года Павел катался на велосипеде по району «Метрогородок» Москвы. По словам очевидцев, Павел «начал орать в телефон, ужасно кричал. Прохожие от него шарахались, его поведение было неадекватным, никто не останавливался рядом с ним. Потом он порвал на себе майку, стал бить себя телефоном по груди. Начал кричать в сторону проезжей части, на остановку общественного транспорта. Вокруг него никого не было. Кричал в сторону жилого дома, орал он ужасно. Видимо, кто-то вызвал наряд полиции».

Как рассказал Павел, к нему подъехал полицейский автомобиль, из которого вышли два сотрудника полиции.

— Полицейские не представились и не предъявили служебных удостоверений, вместо этого они начали меня нецензурно оскорблять, — рассказал Васильев.

Оба сотрудника полиции применили к Павлу физическую силу, завели его руки за спину и надели наручники.

Очевидцы говорят о том, что «полицейские явно видели, что перед ними больной человек. Когда они надели на него наручники и посадили в служебный автомобиль, он начал кричать еще громче».

Павла доставили в ОМВД России по району «Метрогородок» Москвы. Позднее полицейские вызвали туда бригаду скорой психиатрической помощи. Около трех часов, пока Павел находился в отделе, его руки были скованы за спиной наручниками: «От того, что мои руки были зафиксированы наручниками, я испытывал боль, также болели мышцы плеч от неудобного положения рук и запястья от фиксации наручниками».

Действия бригады психиатрической помощи Васильев описывает так: «Один из санитаров схватил меня за горло правой рукой и наклонил меня корпусом назад, душил меня, он сказал, что мне „надо отрезать башку нах*й“, „отдать в дурку“. Они нецензурно выражались в мой адрес, держали меня за плечи и связывали мне руки за спиной ремнями в районе запястий и локтей. Я не сопротивлялся. Также мне были зафиксированы ремнями ноги в районе колен. Зафиксировав на мне ремни, санитары повели меня к выходу из отдела полиции. Шел я медленно, идти мне было трудно, так как мои ноги были стянуты ремнями. Я не мог самостоятельно взобраться в машину „скорой помощи“, оба санитара сказали мне „поднимай ж*пу“, и один из них ударил меня коленом в область копчика».

По словам Павла, врача-психиатра в прибывшей бригаде не было, и два санитара действовали самостоятельно. Васильева доставили в Психиатрическую клиническую больницу № 4 имени Ганнушкина, где он находился до 29 мая.

После выписки Павел зафиксировал свои повреждения у травматолога-ортопеда: «Кровоподтеки мягких тканей предплечий, области локтевых суставов до 3,0×2,0 см. размером, а также в области коленных суставов по передней поверхности до 7,0×5,0 см. размером».

В ходе общественного расследования правозащитники опросили очевидцев задержания Павла. Так, две продавщицы рассказали, что прибывшие сотрудники полиции вели себя корректно, но были вынужден применить наручники, ввиду неадекватного поведения Павла – он размахивал велосипедом, пытался оказать сопротивление.

Согласно материалу доследственной проверки, прохожие, напуганные действиями Павла, дважды вызывали наряд полиции: в 12:14 и в 12:17. Стражи порядка прибыли в течение нескольких минут. Их версия полностью согласуется с показаниями свидетелей задержания: по словам полицейских, они сначала попытались успокоить Павла и просили его прекратить кричать и нарушать общественный порядок, однако тот отказался и стал замахиваться на сотрудников велосипедом, после чего они приняли решение применить к нему наручники и доставить в отделение полиции, о чем впоследствии составили рапорт.

В ходе общественного расследования также было установлено, что с момента задержания и до приезда медиков в отдел полиции Павел провел в наручниках порядка пятидесяти минут, а не три часа, как ранее утверждала Татьяна Васильева. Это подтверждается временем вызова наряда полиции на место инцидента и картой вызова скорой помощи в отдел полиции, где указано время прибытия.

«Согласно имеющейся в материалах проверки видеозаписи, а также рапорту о просмотре второй видеозаписи, которая, впрочем, не сохранилась и мы ее лично не видели, в отделе полиции Павел продолжал вести себя не вполне адекватно: громко кричал на сотрудников и мать нечто нечленораздельное, не реагировал на призывы успокоиться, – комментирует юрист Комитета против пыток Петр Хромов. – Видно, что в это время футболка на Павле уже полностью порвана и висит сзади лоскутом. Мать Павла Татьяна при этом требует снять с него наручники, сообщая, что тогда он прекратит кричать, на что полицейские поясняют ей, что без наручников Павел ведет себя еще более буйно».

Прибывшие по вызову полицейских сотрудники скорой психиатрической помощи осматривали Павла в отделе уже без наручников. Однако, поскольку это происходило в отдельном помещении, видеозаписи из которого не сохранились, ни подтвердить, ни опровергнуть слова Васильева про применение к нему насилия в виде удушения медиками не удалось.

Тем не менее, правозащитниками установлено, что физическая сила и средства физического стеснения – мягкие вязки – к Павлу действительно применялись. При этом не только на руках, как это указано в медицинских документах, но и на ногах, как об этом говорили Васильевы. Это, в частности, подтверждается локализацией зафиксированных телесных повреждений Павла. Предположительно гематомы на руках и на ногах Павла как раз образовались от применения к нему мягких вязок (и, возможно, от укола в область локтевого сгиба).

«Согласно закону «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», санитары имели право применить к Павлу мягкую вязку. Единственная претензия к медицинским работникам – это то, что они некорректно отразили этот факт в своей документации, указав, что фиксировали только руки, хотя ноги были также связаны в районе колен», – подчеркивает Хромов.